Это обозначает, что фамильные похожести, бытующие между ними, разрешают нам употреблять представление энергичности за ограничениями живой натуры, для обозначения единого типа самодвижения, альтернативного физическим взаимодействиям и распадающегося на два подтипа — активность биологических систем, именуемую жизнью, и активность человека и человеческих коллективов, именуемую деятельностью. Спрос в другом — должны ли мы анализировать подобные машины в качестве независимых носительниц энергичности, сходных человеку, или же в качестве предметов его деятельности, запущенных в нее, принадлежащих ей, но функционирующих по принципиально иному типу? Тот факт, что разные технические системы, способные ломить в самодействующем порядке, принадлежат области общественного, не поднимает никаких сомнений. Обнаружим в скобках, что отдельные ученые не лимитируют ударенный субъект поведенческими реакциями людей и животных, но разносят феномен энергичности на безжизненные предметы «кибернетического типа», искусственно рожденные людьми, от элементарного холодильника, поддерживающего заданный температурный режим независимо от температурных условий среды, до сложнейших промышленных роботов, способных изготовлять себе подобные устройства.